Туристов ждут старинные избы, тягучие туманы, страшные сказки и светлые люди
EN
Внутренний туризм уверенно набирает обороты. Путешествовать по родной стране давно уже стало не только модно, но, главное, интересно и удобно, благо регионы активно работают над повышением собственной привлекательности. Однако наметилась и другая тенденция. Бывалые туристы всё чаще отклоняются в сторону от проторенных маршрутов в поисках еще не изведанных мест. Они стремятся туда, где обычно нет хороших дорог, приличных отелей и качественных ресторанов, но где можно получить новый, а зачастую и уникальный опыт. Одним из таких заповедных уголков, несомненно, является северо-восток Ленинградской области — удивительный мир вепсов. «Известия» в рамках проекта «Медиаразведка Вепсский лес» изучили его подробнее.
Метаморфозы памяти
«Посеял как-то мужик овес. Овес у него начали поедать журавли. Что делать с журавлями? Пошел он однажды, нарубил осин, сделал корытца и налил в них вино. На следующий день пошел он смотреть — все журавли лежат. Собрал он журавлей и привязал их к ремню. Идет. Шел-шел, а журавли и полетели… Он развязал ремень, журавли улетели, а он в болото угодил».
Это фрагмент из вепсской сказки. Сколько ей лет, никто не знает. Был ли у нее автор или незамысловатую повесть о неразрывной связи человека и природы из поколения в поколение рассказывали своим детям матери — неизвестно. С вепсами, их историей и культурой часто так.
Удивительный народ уже полторы тысячи лет живет на северо-востоке Ленинградской области, а также на примыкающих к ней территориях Карелии и Вологодчины. Трудолюбивые, открытые, гостеприимные люди со своим языком, традициями и особым отношением к окружающему миру. Их предки некогда переселились в Межозерье (на земли между Онежским, Белым и Ладожским озерами) из Приполярного Урала и Западной Сибири. А спустя несколько столетий попали в первую древнерусскую летопись «Повесть временных лет» под именем то ли веси, то ли чуди.
Вепсами же их стали называть только в ХХ веке. В начале 1930-х советские лингвисты придумали им письменность, но полноценная литература на вепсском — по сути, разновидности финно-угорского языка уральской языковой группы — появилась только на излете 1980-х. Тогда же стали активно записывать сказки, рецепты, обряды и традиции, которые еще живы были в памяти. Насколько всё это древнее — точно неизвестно (все-таки устная традиция очень изменчива и динамична), но примерно для трех поколений — актуально. Сегодня вепсский язык умирает, молодежь на нем почти не говорит, но старики между собой общаются. В деревнях еще можно услышать их певучую, плавную, чуть угловатую речь.
Туманные дали
В Ленинградской области вепсы исторически обитают по берегам рек Оять и Свирь. Добраться до этих мест не очень сложно — несколько часов на машине от Питера. Кажется, совсем рядом, но контраст разителен — попадаешь будто в иную реальность. Полузаброшенные деревни — в иных круглый год живут одна-две семьи, — покосившиеся столетние домики, оживающие лишь на пару летних месяцев, баньки по-черному у самой воды, крохотные часовенки посреди непроходимого леса, священные деревья с иконками в особых местах, тщедушный мобильный интернет (если вообще повезет его поймать), трава в человеческий рост, прожорливая мошкара и… тишина. Мягкая, уютная, обволакивающая со всех сторон. Многие люди приезжают из города именно за ней. А еще за густыми туманами, которые стелются по самой речной глади и близлежащим низинам. Будто парное молоко пролилось из кувшина у деревенской старушки.
Сегодня энтузиасты и волонтеры пытаются вдохнуть жизнь в эти, пока не совсем обезлюдевшие, места.
— Вепсский край — уголок той России, где еще сохраняется живая старина. Так получилось, что здешние деревни, а их было немало, в какой-то момент оказались в стороне от современной цивилизации и будто законсервировались. Здесь максимально простой быт, свои порядки и своя культура, настолько хрупкая, что может быстро исчезнуть под натиском вездесущего прогресса. Мы хотим помочь ей сохраниться, аккуратно поместив в современный контекст, — рассказал «Известиям» основатель туристического проекта «Лес и ветер» Илья Желтяков.
Делать это получается пока точечно. Например, в деревнях Шондовичи, Средняя, Лаврово выкупаются заброшенные деревенские дома, не перестраиваются, но бережно восстанавливаются — что, кстати, гораздо сложнее и дороже. Вепсы жили в них поколениями, поэтому у каждой такой избы своя семейная история. И ее тоже пытаются восстановить.
Туристам же в таких избах можно пожить, сготовить в печи еду, поспать на полатях. Из всех современных удобств имеются только туалет в доме, да в кране горячая вода из бойлера. Во всем остальном всё та же простая крестьянская жизнь, многим знакомая лишь по книжкам, советским фильмам да бабушкиным рассказам — неторопливая, размеренная, созерцательная. Но это ровно то, что нужно утомленному горожанину, постоянно находящемуся на грани нервного срыва, чтобы полностью перезагрузиться.
Уходящая натура
Вепсы как исчезающий народ невероятно трепетно относятся к своей культуре. В поселке Курба благодаря неистощимому энтузиазму Светланы Ивановны Ершовой, маленькой и хрупкой женщины, существует Музей вепсского быта. Его замечательная этнографическая коллекция, собранная буквально по крупицам в ходе многолетних экспедиций по отдаленным селениям, сегодня запросто даст фору иному собранию областного ранга. Из наиболее примечательных экспонатов — крохотные детские кожаные сапожки, подбитые деревянными гвоздиками, самодельная терка из куска листового железа, сплетенный из полосок бересты мячик да старинные рушники с узором, созданным при помощи выдергивания нитей из ткани, так называемая мережка.
Светлана Ивановна Ершова
Валентина Васильевна Лебедева родом из села Мягозеро много лет собирает вепсский фольклор и написала несколько книг, в том числе по вепсской кухне. Ее дом — наглядное пособие по изучению вепсских традиций. Хотите узнать, почему женщины держали под подушкой ножницы и спички, как правильно на дверном косяке должна висеть подкова и для чего нужна сушеная щучья голова? Валентина Васильевна обо всем поведает без утайки. А еще она горячий пропагандист вепсского языка, одна из очень немногих живых его носителей, кто не просто говорит на нем, но сочиняет стихи и прозу.
На заметку: похлебка с луком и черникой — одно из самых необычных блюд местной кухни. Готовится она предельно просто. Зеленый лук нужно растереть с солью, ягоды черники растолочь, добавить немного сахара, залить всё это водой и есть с черным хлебом.
Валентина Васильевна Лебедева
Наташа Чудова из села Ярославичи стихов не сочиняет, зато сварит в печи густую баранью похлебку да напечет калиток — с толокном, картошкой и творогом. Всё просто и вкусно — ум отъешь. И пока счастливый гость будет обедать, Наташа закружит его вихрем удивительных историй о своей жизни — как юной девушкой ходила ночью на перекресток дорог просить помощи у всемогущих духов леса, как, повзрослев, не рискнула перенять тайные заговоры от бабушки-нойда, слишком тяжелой была такая ноша…
Говорят, что кое-где в отдаленных деревнях еще встречаются настоящие нойды — добрые колдуны, которые помогают людям. Но это уже уходящая натура.
Наташа Чудова
Вепсы по сей день теснейшим образом связаны с окружающим природным миром. Творят заговоры, лечат недуги с помощью магии. Ходят к заповедным камням и деревьям, общаются с духами, знают, кого из них о чем и как просить, и те обычно не отказывают. Со стороны всё это выглядит как чистое язычество. Однако сами вепсы с таким определением категорически не согласны.
– Мы не поклоняемся идолам, у нас нет никаких языческих культов, никаких священных рощ и тому подобных вещей. Мы — христиане, верим в единого Бога, который создал весь окружающий мир. Просто с этим миром мы взаимодействуем определенным образом. Ведь Бог везде, Ему можно помолиться и в церкви, и в лесу, и у реки. И если ты делаешь это искренне, Он тебя непременно услышит. Моя мать, например, всю жизнь молилась Солнцу, поскольку была уверена, что это и есть Богоматерь. Наша вера — природное православие. А еще многим вепсам свойственно магическое мышление, — объясняет Валентина Лебедева.
В лесах вепсы строят маленькие часовенки — с виду обыкновенные сарайчики, где порой в полный рост и стоять не получается. Дорогу к ним без проводника не найти, но и в сопровождении добраться бывает непросто из-за бурелома, высоченной травы и невероятно прожорливой мошкары. «Путь к Богу должен быть труден», — говорит Наташа Чудова. Что ж, не поспоришь. Внутри иконы, свечи, лампадки и… множество полотенец в виде подношений за просьбу о чудесной помощи в будущем.
Что еще искать в вепсском крае
В деревнях по берегам речки Оять еще до революции процветал особый промысел — изготовление расписной глиняной посуды, которая славилась по всему северо-западу. Порой ее целыми караванами сплавляли по рекам на местные ярмарки. К середине ХХ века этим почти перестали заниматься. Традиция умирала. Но в 1969 году в селе Алеховщина ее подхватили, возродили и бережно донесли до наших дней. Сегодня в местной гончарной мастерской трудится всего пять мастериц, зато любой желающий может приобрести себе самую настоящую оятскую керамику: кувшины, тарелочки, чашки, а также разнообразные фигурные свистульки с характерным орнаментом.
На заметку: в керамической мастерской проводят мастер-классы — хорошая возможность самостоятельно слепить и правильно расписать оятскую игрушку.
На землях оятских и свирских вепсов сохранилось несколько замечательных деревянных церквей — по ним можно выстроить отдельный маршрут. В селе Родионово на крутом берегу Юксовского озера гордо возвышается храм Георгия Победоносца, или, как его здесь называют, Егория Храброго. Построенный в первой половине XVI века и освященный, вероятно, одним из учеников святого Александра Свирского, он никогда не покидал своего места — в отличие от многих других шедевров деревянного зодчества Русского Севера.
Храм Егория Храброго
В деревне Гоморовичи сохранилась деревянная часовня Николая Чудотворца, датируемая XVIII в., в Согиницах — изящная Никольская церковь, возведенная на излете XVII столетия, в деревне Шелейки — величественная церковь Димитрия Солунского Мироточивого 1783 года с шатровой звонницей, а неподалеку — Гиморецкий погост с церковью Рождества Богородицы и колокольней.
